06
августа
22:56
Взгляд изнутри - медсестра скорой помощи
Автор: masun  Теги:текстскорая помощь
2568
Я попала в скорую во время практики на третьем курсе и потом решила остаться. С тех пор прошло уже два года, и мне действительно нравится моя работа.
 
В моем городе 6 станций скорой помощи, в каждом районе своя. Больше всего нарядов — 21 — в центре, но они ездят еще в другие, по возможности все друг друга заменяют. Бывает, что не хватает врачей, или болеют водители, но почти всегда скорая укомплектована.
 
Так как я еще студентка, то выполняю роль медицинской сестры и работаю по большей части на ночных сменах. У нас медсестры и медбратья — студенты медицинских ВУЗов, как и я, трудятся сутки в выходные и по 8 часов в будние дни, в зависимости от смены. Из-за такой работы пары почти не пропускаю, у нас просто нельзя, но иногда банально на них сплю. После смены нет никаких сил. Заметила парадокс — после тяжелых ночей тесты я всегда пишу лучше.
 
В бригаде я как бы на подхвате и выполняю указы врачей. Учусь, смотрю, запоминаю, что надо делать, подаю ампулы, пишу, ставлю капельницы.
 
Как-то, еще в самом начале, я ставила старенькой бабушке капельницу и долго не могла попасть в вену. Исколола всю руку, сижу, думаю: «Ну ****** (капец), а я еще хотела в реаниматологию пойти, да эта бабуля умрет раньше, чем я у нее вену найду». Хорошо, что приехала реанимация и все сделала. Мне было стыдно как никогда. Но врачи обычно относятся к такому снисходительно, ведь когда-то они тоже не могли этого.
 
Стандартная смена врачей и фельдшеров скорой помощи длится 24 часа. У нас все трудятся сверх нормы, потому что хотят иметь нормальную зарплату.
 
Фельдшер, работающий на две ставки (примерно 12 суток в месяц) или попросту живущий на подстанции, получает от 42 до 45 тысяч. Как раз хватает на то, чтобы купить успокоительные и забыться.
На нашей подстанции в лучшем случае действует пять бригад. Одна реанимационная, которая выезжает на экстренные вызовы, три линейных (обслуживающих всё подряд) и одна детская. Но последняя есть не всегда, потому что врач-педиатр один, оттого вместо неё на вызовы ездит линейная, то есть такая машина, на которой работаю я. Из-за того, что я учусь на педиатрии, чаще всего именно нас отправляют на вызовы к детям.
 
Очень много вызовов — бесполезны. В плане того, что проблему можно решить, не прибегая к нашим услугам.
 
В период сезонных болезней (ОРВИ, гриппа, ангины) больных детей очень много. Некоторые мамы считают, что обычный насморк — это достаточный повод для вызова целой бригады. То ли им лень дойти до районной поликлиники, то ли отсидеть в очереди (да, они неизбежны, но что делать). Некоторые не знают, что можно вызывать участкового врача на дом. Вот и приходится выезжать ради того, чтобы дать ребенку нурофена из ближайшей аптеки и направить к врачу на участок.
 
Люди не понимают, когда им нужно вызывать скорую, а когда идти в поликлинику. Нужна какая-то культура лечения.
 
Еще, конечно, пожилые люди. С ними очень сложно. У каждой районной скорой есть свои «постоянные клиенты» — бабушки, которые вызывают бригаду по каждому поводу. Приезжаешь иногда, а она рассказывает, что у нее болит бровь. И ты понимаешь, что у нее уже просто маразм, но ты обязан выяснить все, вежливо расспросить. Или есть бабушки, которые узнали, что норма давления — 120/80, и если у нее 130/80 (но ничто другое ее вообще не беспокоит), то надо срочно что-то делать. Но игнорировать вызовы или медлить нельзя. Это может быть первые 10 раз она придуривалась, а на 11-й ее на самом деле хватит инсульт. А бывает, что у бабушки инфаркт, ее срочно в больницу надо, а она упирается, что никуда не поедет. Ей объясняешь, что она помрет сейчас, а она все равно отказывается.
 
Желающих «пахать» на «скорой» не так много. В «скорой» постоянная нехватка кадров, а особенно врачей — их у нас всего пять. Помимо педиатра, есть ещё терапевт, два кардиолога и реаниматолог.
 
Многие думают, что врачи скорой помощи сидят у себя на станциях и гоняют чаи. Чай мы действительно пьем, но почти всегда на него нет времени, потому что много вызовов, а в перерывах между ними я еще и учу пары.
 
Сейчас на подстанции творится какой-то дурдом. Многие сотрудники ушли в отпуск на лето, поэтому работать остались лишь две линейные бригады и одна реанимационная. Нам приходится мотаться с вызова на вызов.
 
Принятая норма вызовов за сутки, когда врач ещё более-менее жив, — это 12-14 выездов. Но зимой нам случалось обслуживать и по 33 обращения.
Иногда возникают простои, людям приходится ждать «скорую», но недолго, минут на 15 дольше обычного. Скорая, по норме, должна приехать на вызов в течение 20 минут. Зачастую это время увеличивает не то, что мы долго штаны натягиваем, а то, что все бригады на вызовах. Самое обидное то, что это из-за тех самых «бесполезных» вызовов — детям с ОРВИ даем парацетамол или успокаиваем пенсионеров, которым просто скучно.
 
Самые «популярные» вызовы — давление и температура. Ещё обращаются с кишечным отравлением, подозрением на аппендицит и травмами. Травмпункт — «любимое» место наших поездок.
 
Нередко бывает и такое, что люди звонят диспетчеру, ничего не объясняют, а просто говорят, что им плохо. И тогда начинаем ломать голову над тем, какую бригаду отправлять: линейную или реанимационную.
 
Еще одна большая проблема — это бомжи. С тех пор как отменили вытрезвители, вся эта неблагодарная работа легла на скорую помощь. Людям их жалко, они нас вызывают, мол, вот спит зимой на скамейке обоссанный и бухой мужик, заберите его. Мы его везем в больницу. Там он занимает место, которое могло бы достаться действительно нуждающемуся человеку, его осматривают. И оказывается, что он вполне себе здоров, хотя пьет по-черному уже лет тридцать и ест из помойки.
 
Может быть, это неправильно, но мне кажется ужасно несправедливым, что вот такие люди живут, а благополучные, молодые люди с детьми, целями и планами на жизнь умирают от неизлечимых болезней. Я дважды плакала на вызовах...
 
Первый раз, когда нас вызвали к женщине около 30 лет с последней стадией рака желудка и множественными метастазами. Ей уже ничем нельзя было помочь, она находилась в стадии предсмертной агонии, а по квартире бегали три маленьких ребенка и муж с абсолютно тупым взглядом. Мы вкололи ей болеутоляющее и уехали. Я села в машину, от всех отвернулась и зарыдала. Через два часа нас вызвали на освидетельствование ее смерти.
И ещё один раз...
 
Нас вызвали родители двадцатитрехлетнего парня с серьезной опухолью мозга. С ним на вид все было хорошо, только речь вследствие опухоли была немного детской (нарушение работы мозга). Парень спортивный, очень добрый, какой-то весь лучезарный, вот бывают такие люди, от которых прямо веет чем-то хорошим. Но в голове у него бомба с зарядом, которая скоро убьет его. Пока он жив, но осталось ему недолго.
Но со временем начинаешь черстветь, ведь каждый день видишь горе, и ты, вообще-то, сам на это согласился.
 
Кстати говоря, существует список-регламент, в котором значится, на какие вызовы должна реагировать скорая помощь, а на какие — нет. Но либо население не знает о его существовании, либо ему просто плевать. С документом можно ознакомиться в интернете. В нём, например, говорится, что на вызов «с температурой» мы должны прибыть только в том случае, если кроме неё есть рвота, судороги или сыпь. Что-нибудь одно обязательно. На деле же часто получается, что приезжаешь, а там 37.3, кашель и насморк. Что в таком случае люди хотят от «скорой» — непонятно.
 
Однажды я работала 1 января. Это был ****** [кошмар]. Такое ощущение, что в праздники у людей активируется вся *********** [неординарность], и они стремительно ее выплескивают. Разбитые головы, переломанные конечности. Никто ничего не помнит, все либо пьяные, либо с лютого похмелья, с такого, что говорить не могут. Такое ощущение, что русскому человеку физически необходимо на праздники нажраться и подраться, иначе никак. А скорая потом это все разгребает.
 
Лично у меня никакого шока от работы в скорой помощи не было. Я люблю этот бешеный темп, когда нужно бежать, нужно что-то решать и делать. Мне нравится понимать, что я занимаюсь действительно правильным и нужным делом, и изо всех сил стараюсь делать его хорошо. Некоторые студенты приходили в скорую и почти сразу уходили. Наверное, им было слишком сложно, такая скорость, конечно, не для каждого. Кому-то морально ближе работать в более спокойных условиях, сидеть в поликлинике и вести плановый прием. Они от этого как врачи не хуже, просто им так комфортнее.
 
Тяжело с нашей профессией не очерстветь. А всё потому, что вызывают обычно ненормальные люди. Их процентов 90. Я скажу так: адекватные сидят дома и тихонечко умирают, потому что стесняются вызвать «скорую». Грубо, но правда.
 
Нам очень часто хамят и пристают. За смену обязательно будет вызов, на котором грязью обольют. Конечно, фельдшера иногда шутят: «Этого козла бы сейчас ящиком по голове огреть». Но, понятное дело, никто и ничем людей оглушать не будет. Во-первых, пациент всегда прав, во-вторых, мы и так постоянно таскаем с собой тяжёлый медицинский ящик да кардиограф, а ещё что-то для обороны носить... Нет, просто полагаемся на судьбу и удачу.
 
Однажды я попала в смену с девушкой-врачом, ей всего 28 лет, не намного меня старше. Мы приехали на вызов в какой-то барак, где в драке убили человека. Пока она осматривала тело, ко мне подошёл мужик-уголовник и сказал: «Столько золота на себе носить опасно. Если бы вы не были сотрудником скорой помощи, я бы быстро все ваши цацки поснимал».
 
Но бывают и обратные ситуации.
 
Как-то в 6:00 на подстанцию пришёл школьный учитель ОБЖ. Извинился за то, что потревожил, и вежливо попросил померить давление, так как плохо себя чувствует. Я измеряю, а у него 220. Сам весь такой липкий, холодный. В общем, у человека случился инфаркт. А из-за своей скромности он постеснялся вызвать «скорую» вечером и промучился до самого утра. Я ему сделала ЭКГ, дала необходимые препараты и отправила в больницу. А вот не явился бы вовремя, тогда бы дома умер.
 
К слову о смертях... За мою двухлетнюю практику у меня на глазах погибло два человека, в один и тот же день.
 
Сначала старенькая бабушка насмерть замерзла в частном доме. Она была из не самой благополучной семьи, и ее держали в летней кухне в лютые морозы. Непонятно, как она там вообще находилась, потому что я в пуховых штанах там замерзла. Пока мы несли ее в машину, признаков жизни уже не было.
 
И ещё одна смерть.
 
На пожаре сгорел парень. Мы изо всех сил старались его спасти, потому что жизнь в нем еще теплилась, когда мы приехали. Узнали, что у него маленький ребенок, а жена сейчас в другом городе. Бились, бились, но он все же умер.
 
Я выбрала педиатрию, потому что мне больше нравится работать с детьми. Это сложнее, но интереснее. Годовалый ребенок не скажет тебе, что у него болит, он просто будет орать, и ты его детально осматриваешь, мнешь, крутишь.
 
Самым шокирующим случаем в моей практике был конвульсирующий мальчик. Нас вызывали из-за сильной простуды, с температурой под 40, и пока мы его смотрели, он внезапно стал биться в судорогах. Я очень испугалась. Машинально достала шприцы, ампулы, подала врачу, мы его укололи, он очнулся и начал орать. У меня было ощущение, что мы его заново в этот мир вернули. Реагировать быстро — одно из главных качеств, которые необходимы врачу скорой помощи.
Зато лечение его мама будет выполнять беспрекословно. Это взрослые могут забить на лечение, а ребенку всегда все сделают, как доктор прописал. Если, конечно, они ему доверяют.
 
Самый мой нелюбимый контингент, наверное, — беременные женщины. Они думают, что «скорая» — такси, которое для того и существует, чтобы в роддом доставлять. И так много вызовов, а тут ещё этих подвезти нужно.
 
Я понимаю, если женщина живёт где-то очень далеко или не имеет денег на транспорт, но чаще всего нас вызывают дамы, прописанные в элитных домах с высоченным забором и охраной. Заходишь в их трёхкомнатные хоромы, а рядом с роженицей как ни в чём не бывало сидит муж, у которого внизу в гараже стоит машина, а то и две. Неужели сам отвезти не может? Конечно, здесь я говорю о беременных, чьи роды должны начаться в срок и пройти без отягощений, кто может сам прекрасно добраться до больницы без нашей несчастной «скорой».
Часто бывает так, что люди видят у себя под окнами машину скорой помощи и думают: «Пока здесь, пусть меня тоже посмотрят, температуру, давление померяют, а то вдруг мне плохо». И звонят диспетчеру. У нас не раз такое было, когда только отъезжали от дома, как поступал вызов из него же, может, даже из соседней квартиры.
 
Часто слышу от людей такую фразу: «Не спать всю ночь — это ваша работа». Как плевок в душу. Они же не представляют, о чём говорят. После такой работы ты вымотан, как собака. После каждой смены хочется упасть и забыться, оттого все забываются, как могут. Кто-то успокоительные принимает, кто-то в выходные выпивает, а курящие за смену по две пачки опустошают.
 
Как часто шутит мой любимый человек, самое сложное на такой работе — это выжить. И это правда, особенно на сутках, когда ты не спишь, практически не ешь и изредка посещаешь туалет.
 
У меня есть дополнительные сложности, связанные с комплекцией. Так как я маленького роста, а с этой работой ещё похудела до 40 размера, часто возникают сложности с транспортировкой больных: тяжело их носить.
 
А ещё во дворах, куда мы приезжаем, часто всё заставлено машинами. Когда «скорая» пытается припарковаться, какой-нибудь урод из соседнего автомобиля обязательно орёт: «Зачем вы свою тачку сюда ставите?» А мы что, должны оставлять машину в соседнем дворе и переть на своём горбу всё оборудование, а потом ещё и человека?
 
Всё не зря!
Работа у врачей — не сахар, но на своей практике я всегда стараюсь поддержать больного.
 
Как-то везли парня после аварии, его «припечатало» между двух машин и бедренная кость просто торчала из штанов. Я всю дорогу одной рукой держала его за руку, а второй фиксировала шину на ноге, потому что был январь, дороги в снежных колдобинах, и машину кидало из стороны в сторону. В такой ситуации все забываешь — что не ел 8 часов, что мочевой пузырь вот-вот разорвется, что у самого вообще-то спина отваливается.
 
Я считаю, что на скорой помощи в России держится всё первичное звено медицины. Но скоро держаться будет не на чем, потому что врачи советской закалки уже уходят на пенсию, а мои сверстники не сильно рвутся занимать их места.
 
Несмотря на все тяготы, я нахожу работу в скорой романтичной. Мчишься с мигалками через полгорода делать действительно важное дело. И кстати, мигалки нам включать разрешают редко, только когда сильно надо. Мы не от скуки пробки по встречной полосе объезжаем, а едем спасать, возможно, ваших родственников.

Понравилась новость - смело поделись ею в любимой соц. сети
Похожие по тегам новости
Если надумали работать в сетевом продуктовом магазине, то готовьтесь столкнуться с неприятными правилами, о которых не скажут на собеседовании. Они унизительны, несправедливы, нарушают законы, но актуальны во всех магазинах.
 
Покупатель прав. Руководство всегда встает на сторону покупателя. Горячая линия спокойно принимает жалобы от людей, которые в истерике орут благим матом. Люди в очередях обожают объединяться и хором отчитывать кассира.
 
Покупателю уже все объяснили, но он наотрез отказывается признавать себя неправым и продолжает упорно спорить. Уже без аргументов, а просто на эмоциях. Часто это дает свои результаты и магазин вынужден пойти на поводу у шумного клиента.
 
Постоянно приносить извинения и отдавать деньги из своего кармана - это войдет в норму.
 
Неоплачиваемые переработки. Только в рекламных роликах сотрудники магазина в новой форме и с сияющими улыбками на лицах обслуживают вежливого покупателя. Реальность очень сильно отличается.
 
Заместитель директора работает по 15 часов с 8:00 до 23:00, а оплачивается только 11,5 часов. В течение смены магазин покидать запрещено. 2 дня подряд они просто живут в торговой точке.
Решили устроиться в сетевой...
Взгляд изнутри - медсестра скорой помощи
Простите, кто на ком стоял?
В Уставе черным по белому сказано: рано или поздно любой мастер получает Заказ. Настал этот день и для меня.
 
Заказчику было лет шесть. Он сидел, положив подбородок на прилавок, и наблюдал, как «Венксинг» копирует ключ от гаража. Мама Заказчика в сторонке щебетала по сотовому.
 
— А вы любой ключик можете сделать? — спросил Заказчик, разглядывая стойку с болванками.
— Любой, — подтвердил я.
— И такой, чтобы попасть в детство?
 
Руки мои дрогнули, и «Венксинг» умолк.
 
— Зачем тебе такой ключ? — спросил я. — Разве ты и так не ребенок?
 
А сам принялся лихорадочно припоминать, есть ли в Уставе ограничения на возраст Заказчика. В голову приходил только маленький Вольфганг Амадей и ключ к музыке, сделанный зальцбургским мастером Крейцером. Но тот ключ заказывал отец Вольфганга…
Ключик
Комментарии

Добавить комментарий

1
Аватар
starekov 07 августа в 11:46
 | Рейтинг :
7
 |
0
 
0
  
Копировать ссылку в буфер: Copy
объективная минимальная зарплата у людей которые непосредственно служат на скорой помощи должна быть не меньше 60.000 руб, ну и требования к водителю скорой и рабочему месту водителя - обязательная служба в армии с хорошей стрелковой подготовкой и физухой, разрешение на ношение и применение оружия на гражданке, в случае нападения на бригаду.
Аватар
погонщикослов 07 августа в 12:01
 | Рейтинг :
2698
 |
0
 
0
  
Копировать ссылку в буфер: Copy
шарекоф - как минимум 150 000 должна быть у них зарплата, но и квалификация нужна нешутошная
Всего записей:
2
 


Добавить комментарий
Только зарегистрированные пользователи могут добавлять комментарии. Вам следует Зарегистрироваться или Войти.
Электрическая почта — urod@urod.ru
Сообщить об ошибке — support@urod.ru
rss - Читать новости в RSS
Disclaimer: Все права на публикуемые аудио, видео, графические и текстовые материалы принадлежат их владельцам
Яндекс.Метрика Страница сгенерирована за 0.066899 секунд